Читайте также:

Вспомнить только, как он смотрел на своих подражателей, не укравших у него разве что рубашки с тела - пожалуй, лишь Хемингуэя обирали столь же методично...

Фрэнсис Фицджеральд (Francis Fitzgerald)
«Ринг»

Под пальто на ней было строгое темно-синее платье. С шеи свисала золотая цепочка, и она перебирала ее чуткими музыкальными пальцами. Повнимательней при..

Трумэн Капоте (Truman Capote)
«Мириэм»

Her look of confidence and diffidence contrasted with Ursula's sensitive expectancy. The provincial people, intimidated by Gudrun's perfect sang-froid and exclusive bar..

Лоуренс Герберт (Lawrence Herbert)
«Women in Love»

Смотрите также:

Война в представлении Джона Ле Карре

Джон Ле Карре

Интервью с Джоном Ле Карре

Джон Ле Карре США вступили в период исторического безумия

Джон ле Карре признался, что был сексотом

Все статьи

Поиск по библиотеке (включая переводы):

Ваши закладки:

Вы читаете «Сингл и Сингл», страница 3 (прочитано 1%)

«В одном немецком городке», закладка на странице 10 (прочитано 4%)

«Верный садовник», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Достопочтенный школяр», закладка на странице 10 (прочитано 2%)

«Звонок покойнику», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Маленькая барабанщица», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Портной из Панамы», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Секретный Пилигрим», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок Orphus.
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Уинзер закрыл глаза. "Видишь, - сказал он Банни. - Нет никакого
пистолета". Но Банни, как обычно, занудным голосом предложила ему заниматься
своими делами, а ее оставить в покое, поэтому он обратился к судье, чего не
делал уже добрых тридцать лет: "Ваша честь, мне предстоит приятная
обязанность известить суд о том, что дело Уинзер против Хобэна благополучно
разрешилось, к взаимному удовольствию сторон. Уинзер признает, что он ошибся
в предположении, будто Хобэн угрожающе размахивал пистолетом во время
выездного совещания среди холмов Южной Турции. Хобэн, в свою очередь,
предоставил полное и убедительное объяснение своих действий..."
А после этого, по привычке или из уважения, он обратился к председателю
совета директоров своей фирмы, главному управляющему и истине в последней
инстанции, отцу-основателю и создателю "Дома Синглов", единственному и
неповторимому Тайгеру Синглу: "Это Уинзер, Тайгер. Очень хорошо, благодарю
вас, сэр, и как ваше драгоценное самочувствие? Рад слышать. Да, думаю, можно
сказать, что все идет в полном соответствии с вашими мудрыми предвидениями,
и реакция на наши предложения самая положительная. Правда, одна маленькая
деталь, такой вот пустячок... наш клиент, этот Хобэн, делает вид, будто
целится в меня из пистолета. Ничего страшного, все это фантазии, но хотелось
бы, чтобы о подобном предупреждали заранее..."
Даже открыв глаза и увидев, что пистолет находится на прежнем месте,
детские глаза Хобэна разглядывают его поверх ствола, а детский безволосый
палец обнимает спусковой крючок, Уинзер не смог забыть о том, что он -
адвокат. Очень хорошо, этот пистолет существует как материальный объект, но
это не пистолет. Забавная, безвредная игрушка. Хобэн купил ее для своего
маленького сына. Игрушка - точная копия пистолета, и Хобэн, чтобы внести
хоть какое-то разнообразие в продолжительные и скучные переговоры (молодому
человеку это простительно), решил выдать его за настоящий. И Уинзер
попытался изогнуть онемевшие губы в радостной улыбке, подтверждающей его
последнюю версию.
- Что ж, должен сказать, это убедительный аргумент, мистер Хобэн, -
храбро заявил он. - И что теперь вы от меня хотите? Отказа от положенного
нам вознаграждения?
Но в ответ он услышал только стук молотков гробовых дел мастеров,
который торопливо истолковал как строительный шум в маленьком туристическом
местечке на другой стороне бухты, где рабочие, всю зиму проиграв в карты,
навешивали ставни, чинили крыши и ремонтировали трубы, лихорадочно готовясь
к открытию нового сезона. В стремлении убедить себя, что все нормально,
Уинзер наслаждался запахами растворителя для краски, паяльных ламп, рыбы,
жарящейся на углях, пряностей, продаваемых уличными лоточниками, и
многими-многими другими ароматами, которыми напоен воздух средиземноморского
побережья Турции.

Страницы: (234) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Меня же интересует нечто большее. Вне всякого сомнения, Вы и ранее задавались этим и другими подобными вопросами. Поэтому позволю себе обратить Ваше внимание только на то, что символический подход к произведениям искусства имеет то преимущество, что позволяет взглянуть на жизнь с трех сторон и изобразить ее целиком. Все великие произведения литературы были символическими, и поэтому они сложны, сильны, глубоки и прекрасны. Не думаю, что Вы упрекнете меня в неточности, да и относительно правды характеров и изображения моя совесть художника спокойна. Всю правду, какая у меня есть, я высказал, и никакие критики не могут повлиять на мою искренность и честность. А что до “общего впечатления”, то это не мое дело. Задача критика — проявить свою честность, чуткость и ум при разборе произведения, его суд — дело совести. Если она отягощена мелочными дрязгами и опутана поверхностными представлениями, то и суждение окажется мелочным и поверхностным. Художник не вправе оспаривать чужие порывы независимо от того, возвышенны они или низменны. Разумеется, Ваша трактовка общего смысла “Победы” и сокрытой в ней художественной тайны верна; и уж конечно, я не стремился скрыть ее за волшебной завесой искусства. Взывая к чувствам, я говорил самым понятным языком, каким только мог, и не думаю, что в Англии или во Франции найдется критик, который не разгадает моего замысла. В одном или двух случаях я просто не мог понять, чем вызваны нападки на книгу, тогда как другие критики проявили поразительную проницательность при анализе моего метода и языка. Некоторым читателям книга откровенно не понравилась, но не из-за иронии. А поскольку ирония не совсем отсутствует в книге, я счастлив, что те страницы, где она есть, не оставили Вас и Ваше воображение равнодушными. Прошу принять это длинное, многословное послание в знак искренней признательности за сочувственное отношение к моему труду. С наилучшими пожеланиями успеха на избранном Вами пути.

Эдварду Гарнету Май 1917 г.

Дражайший Эдвард, Вся беда в том, что я, как и ты, не знаю русского языка; не знаю даже русского алфавита. Это ты открыл мне глаза на ценность и значение Тургенева. Мальчиком, помнится, в приложении к какой-то газете я прочел “Дым” в переводе на польский, а позднее — “Дворянское гнездо” по-французски...

Джозеф Конрад (Joseph Conrad)
«Письма»

Биография

Произведения

Статьи

Галерея

Цитаты

Краткие содержания

Ваши заявки