ись над столом, глубоко -- "Я должен с нею связаться" -- я пытался стрельнуть в нее радостным взглядом сексуальным взглядом на который она так и не догадалась поднять голову или уви..
Сейчас Королек рысцой бежит за нами. Три часа спустя мы снова в кухне - чистим пекановые орехи. Мы набрали их полную коляску. У нас спины ломит, так прилежно мы их собирали...
"Высадка Эллиота на остров, - утверждал этот ученый человек, - превратила Гонконг в центр китайско-британской торговли опиумом и, как следствие, в один из столпов экономики империи. Если бы англичане не создали опиумный рынок, - говорил он, - то тогда вообще не было бы ни "дела Дельфина", ни блестящих тактических ходов, ни победы, а следовательно, и возрождения Цирка, после того как предательство Билла Хейдона от него камня на камне не оставило". А вот люди другого склада, реалисты до мозга костей: оперативные сотрудники, которые из-за Хейдона вынуждены были выйти из игры; инструкторы, работавшие с молодыми кадрами; кураторы из центрального аппарата, всегда и обо всем имевшие свое мнение, - рассматривали этот вопрос исключительно с точки зрения умелого проведения операции. Они указывали на то, как ловко Смайли установил, кто по поручению Карлы осуществлял выплаты во Вьентьяне, как сумел многое узнать у родителей девушки; как ему удалось уломать, несмотря на их явное нежелание, людей с Уайтхолла (Уайтхолл - улица в центральной части Лондона, на которой находятся министерства и правительственные учреждения; в переносном значении - английское правительство. - З д е с ь и д а л е е п р и м е ч. п е р.), от которых зависело дать добро или запретить операцию Секретной службы, выделить на нее деньги и установить, как далеко может заходить Цирк при ее проведении. Но больше всего внимание реалистов привлекал тот потрясающий момент, когда Смайли развернул операцию на сто восемьдесят градусов. Для этих профессионалов "дело Дельфина" представлялось ничем иным, как победой, одержанной благодаря тактическому превосходству. Они считали вынужденный союз с Кузенами всего лишь еще одним умелым ходом в долгой и непростой игре - когда каждый пытается перехитрить партнера. Что же до конечного результата, то им на него было наплевать. Король умер, да здравствует король! Эти споры снова и снова вспыхивают везде, где бы ни встретились старые друзья-соратники. Однако имя Джерри Уэстерби, что вполне понятно, при этом почти не упоминают. Надо признать, иногда случается, что какая-нибудь безрассудная головушка вспоминает о нем - либо из сентиментальности, либо просто упустив из виду, что здесь это не принято, - и на мгновение возникает какое-то странное ощущение, но оно быстро проходит. Например, совсем недавно молодой стажер, только что закончивший пережившее реформы учебное заведение Цирка в Саррате ("ясли" на профессиональном жаргоне), произнес его в баре, где обычно собираются молодые - до тридцати - сотрудники. Незадолго до этого в несколько упрощенном виде "дело Дельфина" стали преподносить в качестве материала для коллективного обсуждения и имитационных игр. И паренек, совсем еще зеленый, потерял голову, оттого что его "посвятили" в это.
... It's mighty hard to make him work Saturdays, when all the boys is having holiday, but he hates work more than he hates anything else, and I've GOT to do some of my duty by him, or I'll be the ruination of the child. Tom did play hookey, and he had a very good time. He got back home barely in season to help Jim, the small colored boy, saw next-day's wood and split the kindlings before supper-at least he was there in time to tell his adventures to Jim while Jim did three-fourths of the work. Tom's younger brother (or rather half-brother) Sid was already through with his part of the work (picking up chips), for he was a quiet boy, and had no adventurous, troublesome ways. While Tom was eating his supper, and stealing sugar as opportunity offered, Aunt Polly asked him questions that were full of guile, and very deep-for she wanted to trap him into damaging revealments. Like many other simple-hearted souls, it was her pet vanity to believe she was endowed with a talent for dark and mysterious diplomacy, and she loved to contemplate her most transparent devices as marvels of low cunning. Said she Tom, it was middling warm in school, warn't it Yes'm. Powerful warm, warn't it Yes'm. Didn't you want to go in a-swimming, Tom A bit of a scare shot through Tom-a touch of uncomfortable suspicion. He searched Aunt Polly's face, but it told him nothing. So he said No'm-well, not very much. The old lady reached out her hand and felt Tom's shirt, and said But you ain't too warm now, though. And it flattered her to reflect that she had discovered that the shirt was dry without anybody knowing that that was what she had in her mind. But in spite of her, Tom knew where the wind lay, now. So he forestalled what might be the next move Some of us pumped on our heads-mine's damp yet. See Aunt Polly was vexed to think she had overlooked that bit of circumstantial evidence, and missed a trick. Then she had a new inspiration Tom, you didn't have to undo your shirt collar where I sewed it, to pump on your head, did you Unbutton your jacket! The trouble vanished out of Tom's face...
