- Еще гравитация сильная, - продолжался рассказ о Сатурне. - Один чувак жвачку выплюнул, попал себе по ноге и всю раздробил к чертям. П-просто ужас! - Да-а-а...
Плотный мужчина замедлил шаг, наклонился, будто рассматривая что-то в витрине лавки, и оглянулся назад, на мостовую. Свет витрины выхватил из темноты его лицо. Преследователь побежал, остановился, снова побежал, но было уже поздно. Появился лимузин "опель-рекорд". За рулем - бледный человек, неясно различимая фигура за матовыми стеклами боковых окон. Задняя дверца отворилась и снова захлопнулась. Тяжелая машина набрала скорость, и безответным остался крик - крик ярости, обвинения, утраты и безысходной горечи; словно против воли вырванный из груди, он внезапно разнесся над пустынной улицей и так же внезапно стих. Полицейский поглядел по сторонам, зажег свой фонарик. Его лучи осветили фигуру невысокого человека, который стоял неподвижно, глядя вслед лимузину. Подпрыгивая на булыжной мостовой, скользя на мокрых трамвайных рельсах, лимузин промчался на красный сигнал светофора и скрылся в западном направлении, где на холмах мерцали огни.
- Кто вы такой? Луч фонаря осветил пальто из английского твида, слишком мохнатое для такого малорослого человека, модные, элегантные, забрызганные грязью ботинки, темные, немигающие глаза. - Кто вы такой? - громче повторил полицейский, так как колокола звонили теперь повсюду, нагоняя безотчетную тревогу. Небольшая узкая рука исчезла в складках пальто и вынырнула с кожаной книжечкой. Полицейский взял книжечку, отстегнул застежку, стараясь не выронить фонарь и черный пистолет, который он неумело сжимал в левой руке. - В чем дело? - спросил полицейский.- Почему вы кричали? Невысокий не ответил и сделал несколько шагов по тротуару. - Вы никогда раньше не видели его? - спросил он, глядя вслед уехавшей машине.- Не знаете, кто он такой? - Он говорил негромко, как говорят, когда рядом спят дети,- осторожный голос, уважающий тишину. - Нет. На худощавом, в резких складках лице появилась успокаивающая улыбка. - Простите, я ошибся: мне показалось, что я его узнал. Его немецкое произношение было не совсем немецким, но английский акцент - не до конца английским: какая-то ничья земля между немецким и английским, особый, тщательно отработанный выговор. Казалось, если слушателю акцент не понравится, он может подвинуть его в ту или другую сторону. Такая погода,- продолжал он, явно желая завязать разговор.- Внезапное похолодание, невольно как-то внимательнее приглядываешься к людям.- Он открыл коробочку с тонкими голландскими сигарами и предложил полицейскому закурить. Полицейский отказался, и он закурил сам. - Это все беспорядки,- медленно проговорил полицейский.- Флаги, лозунги. Все мы нервничаем. На этой неделе - Ганновер. На прошлой - Франкфурт. Нарушается привычный порядок вещей.- Полицейский был молод и получил специальное образование.
... Но пугало то, что, возможно, арендная плата за большие дома была еще выше. Прямо за спиной Джеймса был один из таких домов. Он принадлежал знаменитому спортсмену лорду Эдварду Кэмпиону, и сейчас дом был полон гостей, среди которых был даже раджа Марапутны, о богатстве которого ходили настоящие легенды. Джеймс читал о нем сегодня утром в местной газете, где говорилось о размерах его индийских владений, его дворцах, его изумительной коллекции драгоценных камней. Специально отмечался один знаменитый изумруд, о котором газеты с восхищением писали, что он размером с голубиное яйцо. Выросший в городе Джеймс имел очень смутные представления о размерах голубиных яиц, но статья произвела на него глубокое впечатление. - Если бы у меня был такой изумруд, - сказал Джеймс, снова нахмурившись, - я бы показал тогда Грейс! Непонятно было, что он имел в виду, но от того, что Джеймс сказал это вслух, он почувствовал себя лучше. Чей-то веселый голос окликнул его, он резко обернулся и увидел Грейс. С ней были Клара Сопворс, Алиса Сопворс, Дороти Сопворс и - увы! - Клод Сопворс. Девушки держались за руки и хихикали. - Да ты прямо как иностранец, - шутя воскликнула Грейс. - Ну, - сказал Джеймс. Он чувствовал, что мог бы подыскать и более остроумный ответ. Вы не сможете произвести впечатление энергичного человека, если будете все время повторять слово "ну". С нескрываемой ненавистью он посмотрел на Клода Сопворса. Клод Сопворс в своем великолепном костюме напоминал опереточного героя. Джеймс с нетерпением ждал момента, когда же наконец веселый пес, резвящийся на пляже, обрызгает и посыплет песочком ослепительно белые фланелевые брюки Клода. Сам же он носил видавшие виды темно-серые брюки, которые он считал очень практичными. - Какой чудесный здесь воздух! - сказала Клара, сопя от удовольствия. - Просто невозможно усидеть на месте, не правда ли? Она захихикала. - Это озон, - сказала Алиса Сопворс. - Ты знаешь, он действует прямо как тонизирующее средство...
